Но протестующие учителя – это уже, как говорится, перебор. Ярчайший индикатор творящегося в стране неблагополучия, когда меры должны приниматься серьезнейшие и неотложные. Хотя оговорка «кажется» тут не случайна, поскольку и такие протесты кажутся кому-то чем-то обыденным. В конце концов, тоже не впервой, и что? Школы стоят, дети учатся, учителя их как-то учат, несмотря ни на что.

 Федеральный закон № 83 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений» не писался специально для школ или тем более против школ. Собственно, его положения, вступающие в силу с 1 января 2012 года, касаются, как видно из самого титула, куда более широкого спектра. Однако в случае со школой, которую зовут «храмом знаний» вовсе не только ради красного словца, но и констатируя очевидное (пусть и со всеми скидками на современность), предлагаемый в документе переход на самофинансирование видится каким-то вопиющим недоразумением, во всяком случае, для России. Ведь даже в 90-е годы прошлого столетия, когда на волне антисоветского энтузиазма сметались все пережитки «совка», школа выстояла, оставшись, при всех подчас диких «экспериментах», едва ли не самым консервативным общественным институтом. И оставалась таким до не столь давнего времени, пока повсеместно не пришел ЕГЭ, и стало очевидно, что Карфаген все-таки разрушен...

 Согласно этому самому ФЗ № 83, школа получит возможность оказывать услуги, относящиеся к ее основной деятельности (общая формулировка в документе применительно ко всем бюджетным учреждениям), за плату. Определение ее размера и собственно самих условий предоставления платных услуг будет лежать на учредителе. В случае со школами это региональное управление. Оно определит стоимость «дополнительных» предметов, которые не войдут в «базовый пакет», оплачиваемый, как и прежде, государством.

 Предполагается, что бесплатными в школах останутся русский язык, английский язык, математика, физкультура и история. Обошлись, как видим, без литературы (все равно дети не читают), без географии (менеджер турфирмы и так скажет потом воспитанному потребителю, что где интересное находится и сколько это стоит) и без химии с физикой (зачем потребителю что-то изобретать и открывать?).

 Но понятно же, что вряд ли с наскока найдешь такого родителя, который согласится, чтобы его ненаглядное чадо (да и не одно) довольствовалось лишь «сухим пайком». Соответственно, можно утверждать без всяких оговорок, что по факту школьное образование в России с нового 2012 года станет платным.

 Против этого протестуют учителя. Современному потребителю может быть непонятна их логика: им же денег будет больше, им же будет балбесов-лодырей-прогульщиков меньше, их работа же станет эффективнее! Но мы уже подчеркивали выше, что учителя – это совершенно особая каста, пусть и те же люди из плоти и крови со своими грехами и проблемами. Не идут в педагоги из менеджеров. Обратное – от отчаяния – случается.

 И случится. Поскольку «в пакете» к вышеописанной новации предлагается ликвидировать «неэффективные» школы. При этом бороться с реально и без кавычек неэффективными вузами чиновники Минобра предполагают некими «ужесточениями» с лицензиями (читай, расценки для «уполномоченных проверяющих» станут на нолик щедрее). Но с оптимизацией вузов (а в России нынче и впрямь, куда ни плюнь, попадешь в дипломированного специалиста, хорошо еще, если не кандидата...) вопрос пока долгий.

 

А школы уже закрывают. И против этого тоже протестуют – на улице – наши учителя. Настоящим учителям, кроме школы, некуда больше идти.

 Своим взглядом на Федеральный закон № 83 и перспективы сообщества учителей чего-либо добиться от властей в беседе с обозревателем KM.RU поделился президент Академии творческой педагогики, доктор педагогических наук, профессор Яков Турбовской:

 – Ну что тут можно сказать? Это же все – крики вослед уходящему поезду... У нас же так давно повелось, в т. ч. и в сфере образования, что заранее ничто ни с кем должным образом не обсуждается, что позиция критиков игнорируется вчистую, во внимание не принимается, реакции на нее нет. Протолкнули закон – и протолкнули. А потом, когда все увидим, что произошло с этим законом то же, что и с ЕГЭ, будем уже как-то всем миром отгребать назад. Это – сложный вопрос, очень трудный, и он упирается в стилистику отношений между органами управления образования и общественностью. Нельзя без широкого обсуждения, профессионального и общего, принимать такие решения. А теперь... ну выйдут, пошумят, и что?

 Ведь у любой идеи, какой бы бесспорной и благой она ни была, есть некие стадии ее прохождения. Она рождается, ее обсуждают, в процессе обсуждения она обнаруживает не только свои плюсы, но и минусы: какие-то подводные камни, возможные негативные последствия; в итоге выясняется, насколько она в принципе может быть реализована. С одной стороны, можно сказать, что сама по себе идея проверить реализацию закона на группе пилотных школ неплоха. Но проблема-то заключается в том, что все упирается в совершенно другие вопросы. К примеру, директор школы прежде всего кто – педагог или менеджер? Ведь вся эта политика самофинансирования, зарабатывания денег превращает школу в учреждение сферы услуг, а ее руководство – в менеджеров. А когда заниматься воспитанием детей? Или это все вообще не нужно? Если мы договариваемся, что школа – это всего лишь сфера услуг, тогда пускай государство полностью уйдет от командования. Но нет, не уходит и не поддерживает, но требует. Как такое может быть совместимо?

 В новом законе об образовании были учтены некоторые мелкие замечания учителей, но сама суть его осталась той же самой. Как в принципе может приниматься закон об образовании при отсутствии стратегии его развития, без оговаривания тех целей, которые перед ним стоят? Перед нами нет ориентира, по которому было бы понятно, куда мы идем, как идем и с чем.

 Что мы хотим получить на выходе, в конце концов? Решаем какие-то частные вопросы, протестуем, требуем. Разве же это дело, чтобы учителя выходили и протестовали? Учителя – это опора государства. И государство должно делать все, чтобы они были самыми ярыми его сторонниками, потому что это же они влияют на души детей и их сердца. А если к учителям такое отношение, то куда же дальше деваться?

 Предлагаемые в ФЗ № 83 новации фактически моментально разрушат систему образования. И никто не несет ответственности за то, что мы, педагоги, по сути, уже сейчас потеряли возможность ею управлять. Это – системный, очень сложный вопрос, и никто не взял ответственности за то, что уже произошло и произойдет неминуемо. Наше же министерство образования заняло удивительную позицию: оно критикует наши школы, которыми оно же и управляет.

http://www.eurekanet.ru/ewww/promo/16311.html