Про нездоровый перекос в сторону высшего образования в нашей стране начали трубить еще лет десять назад. По-прежнему везде говорится о том, что государство не нуждается в многотысячной армии юристов, журналистов, психологов, экономистов... Во все времена эти люди считались интеллектуальной элитой. Cегодня они стали малопригодным для реальных целей страны большинством. Но таков требовательный посыл современного общества – без высшего образования достойного уровня жизни не достичь. Вузы, независимо от их качества, стали восприниматься непременным атрибутом будущего благополучия, а ПТУ превратились в зоны «социальной резервации», куда «сливается» вся малообеспеченная и бесперспективная молодежь. Да и само существование профессионально-технической школы поставлено под вопрос – глубинка почти вымерла, многие заводы позакрывались. Неудивительно, что вчерашние школьники – талантливые и посредственные, умные и не очень – все, как один, несутся поступать в институты, причем сразу в несколько, для подстраховки. И зачастую будущая специальность прытких абитуриентов не волнует. Главное – заветная «корочка». Хоть какая-нибудь.

Качество полученной «корочки», – тоже не самый насущный вопрос для поступивших. В США студента могут отчислить за списывание, у нас процветает не только «благородная взаимовыручка», но и плагиат при написании дипломов, заказ курсовых, проплата сессии, не говоря уже о покупке свидетельств об окончании высшего учебного заведения в переходах метро. Некоторые вузы не стесняются вывешивать прейскурант цен: «Пятерка» стоит столько-то, «четверка» – столько-то, на «тройки» действуют сезонные скидки». Согласно новому, недавно утвержденному уставу МГУ им. Ломоносова, студент может быть отчислен «за представление курсовой или выпускной квалификационной работы, выполненной другими лицами». Однако едва ли у фирм, специализирующихся на помощи нерадивым студентам, поубавится клиентов. В том же МГУ листовки с рекламой «Напишем все за вас» висят на информационных стендах около учебной части.

Но больше всего общество взбаламучено заявлениями Аркадия Дворковича. «Если мы считаем, что всего нужно добиваться своим трудом, нужно отменить стандартные стипендии у студентов, потому что это неправильный сигнал – что ты за сам факт своей учебы получаешь компенсацию», – заявил он на днях. На последующий вопрос о том, на что же жить студентам, помощник президента озвучил предложение предварительно создать систему рабочих мест при университетах, чтобы учащиеся могли «работать после учебы на кафедре, в библиотеке, в кафе». Так неосторожное высказывание во время

он-лайн пресс-конференции Газете.Ru чуть не сделало Дворковича персоной нон грата для всего студенческого сообщества России.

Хотя странно ставить вопрос именно так – «на что жить студентам, если не будет стипендий». Прожить даже на самую высокую, «пятерочную», стипендию абсолютно нереально. На захудалые полторы тысячи можно сходить в кино и купить проездной на транспорт. За это нашей стране, претендующей на роль сверхдержавы, должно быть стыдно. Для сравнения: наши родители в конце 70-х годов могли за месячную студенческую «компенсацию» слетать на самолете туда-обратно. То есть по нынешним временам получали примерно тысяч десять-пятнадцать. Еще более впечатляющи сравнения России с европейскими странами: во Франции, Германии, Швеции вознаграждения для отличников традиционно составляют около 800 евро в месяц.

Итак, чтобы выжить, учащийся (даже очень хорошо учащийся) должен работать. Однако вот известный факт: на дневных отделениях в престижных вузах, вроде МГИМО и МГУ, студентам «строго не рекомендуется» сопровождать учебный процесс работой. Даже на одном из самых вольных факультетов Московского университета – журфаке – в первый день учебы «дневники» слышат грозный наказ от декана: «Кто планирует работать, пропуская лекции и семинары, тот будет отчислен с возможностью платного восстановления на заочном или вечернем отделении». И это вполне логично.

Работающий студент – это всегда студент-недоучка. Существующие в вузах нагрузки, при добросовестном к ним отношении, не позволяют заниматься чем-либо помимо учебы. Само получение высшего образования – это полноценная, требующая тотальной отдачи работа, а трудоустройство «на кафедре, в библиотеке, в кафе» – хоть на пол, хоть на четверть ставки – не может не отразиться на качестве получаемых знаний. Спрашивается, для чего стране нужны недоделанные специалисты? Странно, что при таком раскладе в высших кругах ведутся разговоры не о повышении поощрений учащимся, а об отмене оных.

По всему выходит, что добросовестная учеба в вузе – прерогатива только тех детей, за которых платят родители. Но ведь есть же и те, кто не получает никакой помощи или, того хуже, сам вынужден обеспечивать близких. Тогда молодые ребята и девушки переходят на «двухсменный режим» – днем учатся, а ночью работают. Что становится с такими тружениками через полгода – понятно. Кого-то отчисляют за неуспеваемость, а кого-то увозит «03». На журфаке Московского университета (который не так давно окончила автор этих строк. – Прим. ред.) с работающими и вечно недосыпающими студентами постоянно случались обмороки. Юность, вопреки ошибочному мнению, не всесильна.

Во времена наших родителей на четвертом-пятом курсе у большинства студентов были уже свои семьи. Учащиеся в вузах не откладывали вступление в брак и рождение детей до своего тридцатилетия, потому что знали: по окончании учебы они будут стопроцентно трудоустроены в соответствии со своими учебными успехами. Сегодня попасть после выпуска на достойную работу только на том основании, что ты готовый специалист с дипломом, невозможно. Ты никому особенно не нужен в своей стране. Чтобы не оказаться без средств к существованию, тебе надо или работать с первого курса, безбожно прогуливая, но приобретая столь вожделенный для всех работодателей опыт, или иметь «правильного» папу.

И еще. Как известно, стипендию получают только студенты-бюджетники. Бюджетных мест в университетах значительно меньше платных, и вот даже у этого минимального процента захотели урвать какие-то совершенно смехотворные для страны деньги. Давайте заодно отнимем льготы и пособия у беременных, у пенсионеров. А то их слишком развращает щедрая господдержка.

Впрочем, может быть, все эти спекуляции – лишь хитроумный трюк? Недавно господином Прохоровым, возглавляющим Российский союз промышленников и предпринимателей, было высказано предложение увеличить число рабочих часов с сорока до шестидесяти. Президент отказался, чем всех несказанно обрадовал. Теперь вот уловка со стипендиями... Совершив широкий жест, их, конечно же, оставят. А мы будем радоваться тому, что – пусть они и позорные – но есть!

В ноябре прошлого года Лондон сотрясался от забастовок студентов и преподавателей, возмущенных сокращением затрат на образование. На днях такие же пикеты, с крушением витрин и массовыми беспорядками, провели студенты Нидерландов. Кто на очереди?