Кто пишет программы по развитию образования? Почему учебным заведениям придется самим апробировать новые стандарты? Как НИИ получить грант профильного министерства? Об этом "РГ" рассказывает директор НИИ возрастной физиологии РАО, академик РАО Марьяна Безруких.

Российская газета: Марьяна Михайловна, новые стандарты начальной школы предусматривают хорошие знания компьютера и виртуозное владение клавиатурой. Не отучатся ли дети писать обычной ручкой?

Марьяна Безруких: Меня часто спрашивают: "Может, хватит уже учить детей писать ручкой, пусть все сядут за клавиатуру?" Нет, игра и обучение с использованием компьютера не одно и то же. Даже подготовка дошкольника к работе с клавиатурой существенно отличается от подготовки к письму обычной ручкой. Сначала такой подготовке нужно научить педагогов. И быстренько получить результат тут нельзя. А ведь новые стандарты предусматривают, что ребенок к 4-му классу должен уметь вести набор текста двумя руками. Значит, нужна и подготовка новых технологий обучения. Только вот в новых стандартах об этом ни слова. Использование новых компьютерных учебников, развивающих компьютерных игр сертифицировано не по всем позициям. А это вещь серьезная. К примеру, скорость подачи информации на экране может нанести гораздо больший вред здоровью, чем адекватная работа с учебником. Время работы с компьютером регламентировано, а скорость подачи сигнала - нет. Некоторые школы готовы использовать так называемые "ридеры" (компьютерный вариант книг). Они должны помочь разгрузить портфель школьника, что снимет проблему печатания учебников. Но надо вводить новые технологии обучения так, чтобы не нанести вред здоровью. У "ридеров" разная разрешающая способность экрана, разный шрифт, размер поля. Все это оказывает определенное воздействие на организм ребенка. Какое? Чтобы ответить на этот вопрос, нужны исследования. А их пока нет.

РГ: Но ведь это одна из тем вашего НИИ. Вы что же, в подготовке стандартов участия не принимали?

Безруких: Чтобы получить заказ от министерства на подготовку программы или текста стандартов, надо выиграть конкурс, где согласно 94-му федеральному закону главным критерием является цена. Чем меньше просит исполнитель за свою работу, тем лучше. Но если я знаю, что потребуется интенсивная деятельность, допустим, 20 моих сотрудников, которым я обязана заплатить достойную зарплату, как я могу демпинговать и просить заведомо заниженную сумму? Надо понимать, что я не смогу расплатиться с ними или работа будет выполнена некачественно. Иногда задачи определяются так специфически, что добросовестный исполнитель просто вынужден отказываться от госзадания. Что и произошло с нашим институтом, когда несколько лет назад было предложено разработать паспорт здоровья школьников. Мы даже не стали участвовать в конкурсе.

РГ: Почему?

Безруких: Конкурс был объявлен очень поздно. Выглядит все это так: допустим, в апреле-мае объявляется конкурс. Утверждение лота, рассмотрение заявки идет до августа. В сентябре исполнителю говорят: можешь приступать к работе, но в конце ноября ты все уже должен завершить и к 15 декабря сдать полную документацию по проекту. Замечу, что наряду с разработкой самого паспорта здоровья надо было еще апробировать его в 14 регионах и проанализировать несколько авторских вариантов оздоровительных мероприятий в школе. Даже если бы мы взялись за разработку паспорта в январе или феврале, и с 1 сентября начали его апробацию в школах, завершить проект к концу ноября не смогли бы. Такой проект должен быть двухлетним. По крайней мере, на него нужен один учебный год.

РГ: Кто же взялся за паспорт здоровья и как успел все это выполнить?

Безруких: Знаю только, что фамилия руководителя победившей организации - Дурманов. Обычно результаты конкурса, его победители - тайна за семью печатями. Кстати, апробация, вернее ее отсутствие - самое слабое место во всех образовательных новшествах. К слову, новый стандарт для начальной школы тоже не прошел педагогическую апробацию. Если бы она шла, то потребовалось бы еще четыре года - на все время начальной школы. Мы должны посмотреть, как работают стандарты в начальной школе, потом с новыми результатами перейти в среднюю и затем уже в старшую школу. Если этого нет - значит, мы не знаем риски. В последней программе развития образования на 2011-2015 годы выделен вообще только один риск - снижение финансирования. Кстати, автор или авторы паспорта программы развития образования тоже не указаны.

РГ: Как ваш институт мог бы поучаствовать в реализации этой программы?

Безруких: Мы можем предложить свои разработки по всем ступеням образования, включая дошкольное, высшее педагогическое и психологическое. Готовы вести переподготовку кадров, в чем сейчас очень нуждаются российские школы. Научно-исследовательские учреждения могут дать повышение квалификации экстра-класса. К счастью, мы получили аккредитацию, но каких сил это стоило! Требования к НИИ такие же, как к вузам. Вплоть до наличия столовой, общежития, медкабинета и справок СЭС об освещенности. Но одно дело - вуз, и совсем другое - институт с курсами на 72 часа. В вузе тысячи студентов, у нас - 200-300 человек в год.

РГ: Если у педагогов будут ваучеры и возможность выбора, где повышать квалификацию, думаю, слушателей у вас прибавится?

Безруких: Возможно. Сейчас у педагогов выбор ограничен. Как правило, это институт повышения квалификации работников образования. Хотя во многих, особенно в региональных институтах дают знания вчерашнего или даже позавчерашнего дня.

РГ: Недавно было объявлено, что средняя зарплата в Москве - 40 тысяч рублей. Сколько получает сотрудник НИИ возрастной физиологии?

Безруких: Заведующий лабораторией, если он доктор наук, зарабатывает 22 тысячи рублей, старший научный сотрудник с надбавкой за кандидатскую степень - 11 тысяч. Рядовой научный сотрудник - 8 тысяч, младший - 7 тысяч, лаборант-исследователь - 6500 рублей. Это без вычетов. У нас есть гранты РФФИ и РГНФ, но все они небольшие 300-400 тысяч рублей на год. Если в исследованиях участвуют, допустим, пять человек, на каждого в год приходится 60 тысяч, значит, в месяц - 5. В этом году у нас было несколько грантов московского департамента образования. Гранты минобрнауки в последние пять лет нам не удалось получить ни разу. Так что до 40 тысяч нам очень далеко.

Российская газета

http://www.rg.ru/printable/2011/02/01/shkola.html