Дмитрий Ливанов: Средняя зарплата педагога выросла на 15 процентов

Сколько получает сегодня учитель? Останутся ли в школе бумажные учебники? Базовый экзамен по русскому языку: нужен ли он? На вопросы журналистов и читателей "Российской газеты" отвечает министр образования и науки Дмитрий Ливанов.

1 сентября на работу в школу пришли 1 миллион 50 тысяч учителей. Знает ли министр, сколько получает педагог в дотационном регионе?

Дмитрий Ливанов: Сегодня средняя зарплата учителей в России - 35 тысяч рублей. Понятно, что ситуация по регионам разная, но везде по сравнению с прошлым годом зарплата учителей увеличилась на 5 процентов, педагогов дополнительного образования и преподавателей вузов - на 10 процентов, научных работников - на 15 процентов. И те ориентиры, которые были установлены указами президента в мае 2012 года, выдерживаются. Самый низкий оклад у вчерашних выпускников вузов, но во многих регионах есть доплаты молодым педагогам.

Еще вопрос по зарплате от читателя Дмитрия из Ивановской области: "За 24 часа в неделю я получаю чуть больше 10 тысяч на руки. В то время как в регионе средняя зарплата 20 тысяч. Мне надо брать 50 часов, чтобы нормально зарабатывать?"

Дмитрий Ливанов: Зарплата зависит от стажа, квалификации, региона, в котором работает педагог, от конкретной школы. В конечном счете сама школа сейчас принимает решение о том, сколько сотрудники получают в тот или иной месяц. В чем я вижу тут задачу министерства? Мы должны заботиться о балансе зарплаты учителей в разных регионах, поскольку в некоторых из них доходы учителей отличаются очень сильно из-за различий в бюджетной обеспеченности. Мы ведем серьезную работу с местными властями по выравниванию нормативов расходов на каждого ученика. Второй аспект - система оплаты труда, которая в целом принимается на региональном уровне. Конкретные решения по выплатам зависят от самой школы, и они должны быть понятными и честными для тех, кто там работает. Мы ставим задачу перед регионами, чтобы часть зарплаты, которая связана с окладом, была не менее 70 процентов. Чтобы не было так, что оклад очень маленький, а основную часть люди получают в качестве различных премиальных выплат. Это ставит их в серьезную зависимость от администрации: в один месяц премии могут быть, а в другой - нет.

Планшет для букваря

С этого года все учебники имеют электронные версии. Кто будет закупать устройства, на которых дети могут смотреть эти учебники? Не получится ли так, что один ребенок придет с планшетом, а другой будет сидеть и завидовать? Максимальный вес учебников для первоклашки не должен быть больше 300 граммов. Разработаны ли санитарные требования к планшетам?

Дмитрий Ливанов: Безопасность всего, что связано с электронным образованием, - важный вопрос. Хочу напомнить: прежде чем электронный учебник стал таким же полноправным, как и бумажный, прошло несколько лет апробации. Были проведены исследования в пилотных школах некоторых регионов, в том числе и с точки зрения влияния на здоровье школьников - зрение, осанку. Все устройства, планшеты, которые попадают к детям, конечно же, прошли необходимые испытания и имеют сертификаты, подтверждающие их безопасность. Многие регионы закупают планшеты для всех школьников. Кто-то не может себе это позволить. Так что во всех школах ситуация разная. Кстати, не надо забывать, что электронная версия поможет решить проблему веса школьных ранцев. Может, для первоклашек это менее актуально, потому что там предметов немного, а для старшеклассников общий вес того, что надо носить в школу, заметно снизится.

"Нашим детям сказали, что если они придут в школу без формы и планшета, они учиться тут не будут", - пишут нам родители из Москвы.

Дмитрий Ливанов: Использование электронного учебника - дополнительная возможность и для школьника, и для учителя. Можно пользоваться электронной версией, можно не пользоваться. Разрешается брать и ту и другую версии одновременно.

На последнем селекторном совещании прозвучали цифры: высокоскоростным Интернетом оснащены только 70 процентов городских школ и 20 сельских. В Курганской области есть школы, где Интернет проведен только в один кабинет информатики. В классе - всего 6 компьютеров. "Как выполнять стандарт, где одно из требований - оснащение кабинета необходимым оборудованием?" - спрашивают педагоги Макушкинской школы.

Дмитрий Ливанов: Надо понимать, что это вопрос не школы, а в целом наличия оптоволоконной связи в этом населенном пункте. Сейчас в Минкомсвязи России есть программа обеспечения оптоволоконными линиями небольших населенных пунктов. Мы с коллегами из Ростелекома договорились, что первыми объектами, которые будут подключены к этой линии и получат высокоскоростной Интернет, станут школы. Школа, особенно в селе или деревне, - это центр жизни, культуры, общения, спорта, а не просто образования. Но, конечно, учитывая масштабы страны, задача не может быть решена за год-два. На это потребуется несколько лет.

В Смоленской области протянули оптоволоконный кабель. А разводку не сделали, сеть до потребителя - школы, больницы - не довели. Кто этим должен заниматься?

Дмитрий Ливанов: Это дело местных властей, органов управления в этом селе, районе. И школы, конечно.

На языке Гомера и Овидия

Нет ли у вас ощущения, что из школ, в том числе московских, вымываются вторые, третьи иностранные языки? Их выводят за сетку обязательных часов, отдают допобразованию. В итоге школы теряют учителей, а родители, которые хотят, чтобы ребенок знал два языка, вынуждены платить.

Дмитрий Ливанов: Эту тему мы обсуждали с послами Германии и Италии. Они считают, что их языки должны быть предметом изучения в большем количестве школ. Хочу обратить внимание, что с 1 сентября пятые классы переходят на обучение по новому стандарту, где зафиксировано: второй иностранный язык является обязательным элементом школьной программы. Мы, правда, дали переходный период школам с учетом того, что к этому не все пока готовы.

Вузы и филиалы, которые способны работать на уровне тех высоких требований, останутся. не важно, сколько их будет - тысяча, две или три

В целом иностранные языки занимают достойное место в объеме школьной программы. Это не просто средство общения, но и средство развития памяти, интеллекта ребенка. В дореволюционной гимназии изучались древнегреческий и латынь не из расчета, что школьники с кем-то потом побеседуют на этих языках. А потому, что они считались важными для развития ребенка. Мы тоже так считаем. Но проблема в том, что у регионов есть естественное желание на чем-то сэкономить.

Правда ли, что с будущего года министерство планирует ввести базовый экзамен по русскому языку?

Дмитрий Ливанов: Нет, это даже не обсуждается. Русский - государственный язык нашей страны, и каждый гражданин, каждый выпускник школы должен в полной степени владеть русским языком. Поэтому здесь речь не идет о базовом и профильном уровне, как в математике.

К нам обратилась коллега из Международного радио Китая и рассказала, что ее ребенка попросили уйти из российской школы, где он до этого учился. Она перевела его в школу при посольстве Канады, теперь он учится на английском языке. Якобы с 1 января нашим школам запретили учить иностранцев. Это так?

Дмитрий Ливанов: Наше законодательство гарантирует общее образование, то есть обучение в школе для каждого ребенка, который оказался на территории России, независимо от гражданства. Муниципалитет обязан предоставить ребенку место в школе. Это закон. Отказать можно только в том случае, если в школе нет мест. Но тогда муниципалитет обязан предоставить место ребенку в другой школе. Деньги за этого ученика школа получает по такому же нормативу, что на остальных детей.

Филиал в подвале закрыт

Уровень знаний по математике у большинства школьников упал: в прошлом году минимальный балл для получения аттестата понизили на четыре пункта. ЕГЭ по базовой математике пересдавали почти 40 тысяч человек. Если с ученика перестали спрашивать, зачем учить предмет?

Дмитрий Ливанов: Хочу здесь с вами поспорить. Минимальный балл для получения аттестата понизили из-за того, что экзамен стал проходить строже, число нарушений уменьшилось и выпускники получили честные баллы. Они, естественно, оказались немного ниже. Никакого падения уровня преподавания математики не произошло. В прежние годы в вузы поступало 25 процентов лучших выпускников школы и был довольно жесткий отбор абитуриентов. Жесткий - в смысле сложности заданий. Сейчас в вузы поступает около 70 процентов выпускников. Понятно, что среди них остались те же самые 25 процентов, но есть еще 45, у которых уровень знаний ниже. Вузы говорят: к нам приходят менее подготовленные абитуриенты. Это так. Но причина не в том, что школы стали хуже работать, а в том, что в вузы поступает гораздо больше школьников. В том числе тех, кто менее подготовлен.

Так почему нельзя сократить число мест в вузах?

Дмитрий Ливанов: В 90-е годы высшее образование стало массовым. Это уже свершившийся факт. Большая часть российских семей видит своих детей людьми с высшим образованием. Вернуться в ситуацию, когда в вузы поступало только 25 процентов, невозможно. Это вопрос не конкретной цифры, а диалога между разными группами интересов.

Что нужно делать? Поэтапно ужесточать требования для тех, кто поступает в вузы. Повышать привлекательность среднего профобразования. Мы это уже делаем. Нужна ранняя профориентация школьников, которая мотивировала бы их на получение профессий, не требующих высшего образования. Профориентация сейчас станет обязательным элементом школьного образования. Престиж рабочих профессий будет повышаться. Только что из Бразилии, где проходил Международный чемпионат рабочих профессий, вернулась наша команда. Россияне привезли шесть медалей "За высшее мастерство". В 2019 году международный чемпионат WorldSkillsCompetition примет Россия. Очень важно, чтобы мы использовали эти четыре года не только на подготовку необходимой инфраструктуры в Казани и подготовку сборной команды, но и для того, чтобы пропагандировать рабочие профессии, чтобы повышать престиж профессионалов своего дела.

Тем не менее число вузов и филиалов за то время, что вы министр, сократилось почти в два раза - с 3500 до 1800. Сейчас вы не найдете ни одного человека, который не был бы солидарен с вами, что пора закрыть все эти филиалы в подвалах России. Эта тенденция сохранится? Сколько вузов надо стране?

Дмитрий Ливанов: Мы не ставим перед собой никаких количественных параметров. Чем больше хороших вузов, тем лучше. Но некачественного высшего образования, попросту обмана, быть не должно. Поэтому те вузы и филиалы, которые способны работать на уровне тех высоких требований, которые мы сейчас предъявляем, останутся. Не важно, сколько их будет - тысяча, две или три.

Высшее образование - сфера, которая работает не только на свою страну. Для любого государства это фактор влияния в глобальном масштабе, это так называемый эффект "мягкой силы". И мы знаем и понимаем, почему, например, Британия борется за иностранных студентов и поддерживает свои университеты. Почему США, Германия, Франция уделяют огромное значение поддержке конкурентоспособности своих университетов и привлечению в них иностранных студентов. Потому что эти люди будут определять место этих стран в геополитическом ландшафте через 10-20-30 лет. И мы ставим перед собой такие же цели.

Миллион умножим на два

Задает вопрос Максим, победитель госпрограммы "Глобальное образование", по которой мы отправляем учиться за границу самых талантливых студентов. "Я должен учиться в Лондоне, мне должны были перечислить 2 миллиона 300 рублей. Из-за курса валюты на эти деньги я смогу купить лишь 20 тысяч фунтов. Этого мало. Лишнего миллиона рублей у меня нет. Будут ли индексироваться выплаты?"

Дмитрий Ливанов: Именно по этой программе мы увеличили объем грантов в два раза. Это решение принято в июне.

С одной стороны, мы говорим о том, что наше образование должно быть привлекательным для иностранцев, с другой - вкладываем в обучение наших студентов за границей огромные суммы?

Дмитрий Ливанов: В рамках программы "Глобальное образование" мы подготовим около тысячи студентов в лучших университетах мира. Это делается на условиях, что они потом вернутся и отработают на определенных, заранее согласованных рабочих местах в наших государственных организациях, высокотехнологичных компаниях, которым нужны современные специалисты. Это временная мера.

Для того чтобы такие программы появились в наших вузах, пройдет какое-то время. А такие специалисты нужны сейчас - через год, два... На этот срок и запущена программа. Ждать 5-10 лет мы не можем. В масштабах страны в программе "Глобальное образование" будет участвовать не так уж и много студентов.


Войти на сайт

Кто на сайте

Сейчас на сайте 111 гостей и нет пользователей